Настоящие ПВЗье сохраняют оптимизм

Начинал я с такси, застал ещё те времена, когда работали на рациях. Мне тогда, наверное, чуть больше двадцати лет было. Потом занимался машинами: мы перегоняли их из Европы, покупали, продавали, искали под заказ.

Потом я работал в банке — его формат мне нравился, потому что у него тоже нет офисов. В тот момент это было что-то очень новое, когда ты не привязан к рабочему месту и у тебя свобода. Там работал три года, потом ушёл и стал искать франшизы. А в 2020 году появился Ozon. Мне идея очень понравилась — открывать точки самовывоза. Тогда мы и открыли одну из первых в Волгограде.

Не то чтобы я какой-то там гордый или что-то ещё, просто, когда у тебя есть своё мнение и ты хочешь сделать по-своему, но работаешь на кого-то, к тебе не всегда прислушиваются, если ты рядовой исполнитель.

Фото: Арсений Несходимов

Когда мы открыли первый ПВЗ, к нам приехал курьер, привёз 40 позиций и сказал: «Вау, вы всего несколько дней работаете, а у вас уже такой объём — вас ждёт успех!» Сначала мы открыли, кажется, три пункта выдачи. Потом пришла пандемия, нас завалило, но мы как-то справились. 

Наш город сильно изменился за последние годы. Недавно приезжали родственники — были просто в шоке, как всё меняется тут в лучшую сторону. Плюс из-за растянутости города вдоль реки каждый район живёт по-своему — иногда какие-то нововведения уже активно работают в центральных районах, а на окраине этого ещё нет. Мы открывали ПВЗ в таких районах, куда другие боялись даже лезть и не верили, что что-то получится. А получалось ещё лучше, чем в «хороших» районах.

Сегодня у меня уже 33 пункта. Рабочий день у меня начинается с телефона, с рабочих чатов. Утром у нас перекличка — что все вышли на работу, что всё хорошо и все пункты открылись. А если что-то нехорошо — то мы это решаем. А когда в девять вечера ПВЗ закрываются, начинается уже моё время, когда мы можем заниматься, например, техническими вопросами.

Фото: Арсений Несходимов

Я часто беру с собой сына на работу — ему четырнадцать лет. Мы ездим вместе по нашим ПВЗ, сейчас вот установкой камер занимаемся. У нас идёт ребрендинг, так что мы с ним вместе что-то перекрашиваем, клеим обои. Он мне много помогает, сам уже прекрасно собирает мебель. Где-то мы нанимаем рабочих, но не всегда это получается. Так что приходится самому.

Мы, владельцы ПВЗ, иногда друг друга называем «пэвэзье» — шуточно и немного пафосно.

Часто так случается — что-то неординарное и неприятное сразу происходит в нескольких местах. Например, у нас случилось сразу три потопа в один день. Это какое-то сумасшествие было — затопило одновременно три объекта. Как такое может быть? Либо одним днём могут не выйти сразу пять сотрудников. И вот ты не впадаешь в панику, начинаешь просто закрывать эти вопросы.

Всё бросить мне никогда не хотелось. Ну были, конечно, какие-то моменты, когда мы продавали пункты, но я всё равно верил в эту историю — что она будет раскачиваться дальше. Мы никогда не закрывались просто так — если закрывались, то чтобы открыть новый пункт. И вообще называли это переездом. 

Фото: Арсений Несходимов

В семье мной сейчас гордятся. Поначалу это была такая история, в которую почти никто не верил: Ozon был мало кому известен. Сейчас всё красиво и легко — когда ты открываешь пункт, тебе присылают коробочку с брендбуком, ты просто клеишь обои, прикручиваешь буквы. А раньше всё делали на коленках: на первых трёх пунктах сами из пенопласта вырезали буквы Ozon и клеили.

Я закупаю абсолютно разные позиции — от стульев до кухонь, храню всё на своём складе. Так и производителям выгодно, и мне — примерно раз в неделю собираем фурой товары и продаём через себя. 

Недавно у меня появилось место силы — я очень давно хотел дачу. И вот сейчас там всё уже доделываю. Мне хотелось участок с собственным выходом к воде. Я это место искал два года — и вот построил. Так что у меня теперь собственный пляж и собственный пирс. Я туда приезжаю просто посидеть, посмотреть закат, послушать лягушек.